"Если вдруг умру, хочу, чтобы этих людей судили за сфабрикованные дела"

Сына бизнес-тренера Марины Мацулевич Романа задержали десять месяцев назад. Роман попробовал наркотики и со знакомым осуществил их доставку, за что и был задержан. Несмотря на сотрудничество со следствием парня осудили на 14 лет по 328 статье. Мать уверена, что незаконно.

"Если вдруг умру, хочу, чтобы этих людей судили за сфабрикованные дела"
Kyky пообщался с Мариной и выяснил, почему доставка, сбыт и распространение – по закону разные вещи, но следствие, адвокаты и система думают и наказывают людей иначе.

Сделать этот материал мы решили после того, как прочли пост Марины: 

«Я родилась с вывихом обеих ног и с поломанной ключицей. Когда мне было семь лет, мои родители развелись. Когда мне было 14 лет, моего брата посадили, а мама впервые попала в психиатрическую лечебницу. Недавно я узнала, что лечилась она три раза. Когда мне был 21 год, она повесилась. 3.11. 1989 года она вышла из больницы, а 14.11.1989 её не стало.

Я была три раза официально замужем. У меня было две внематочных беременности. И один единственный сын. Сегодня вынесли приговор, объединив в группу незнакомых людей, чтобы снизить статистику дел в стране. Допустив, что в нашей стране любой больной, любой подросток может легко купить наркотик. Потому что взрослый, здоровый человек просто не станет этого делать. 

Моему сыну выдали рапорт, что он отдал все добровольно, дали справку, что он помог следствию, так как описал место, где в роще брал. После этого по цепочке (так с ними сотрудничают все) они объединяют таких вот людей и дают всем вместе по 14 лет, не принимая во внимание ничего: ни справки о здоровье, ни справки о сотрудничестве. 

До этого в центральном аппарате Андреев, прокурор по надзору Попков мне говорили, что мой сын выполнил примечание, и я была уверена на 100%, что его отпустят.

Я держусь, я нужна сыну. Но на всякий случай я сняла видео, в котором рассказываю, как я 10 месяцев живу в аду. Сколько писем, жалоб я написала, у кого была на приёме. Моя мама умерла, оставив записку, что во всем виновата болезнь. Я составила список, и если вдруг умру (я не железная в конце концов), то чтобы этих людей судили за сфабрикованные дела. За то, что нет правосудия в нашей стране, за то, что происходит со многими из нас».


Сейчас в своем Facebook Марина рассказывает, как проходил процесс задержания сына, выносит фамилии сотрудников МВД, Следственного комитета, адвокатов, которые, по ее мнению, нарушают закон своими действиями, записывает видео и выкладывает фотографии жалоб и характеристики сына. 

Марина теряет надежды изменить приговор сыну – пишет жалобы, изучает закон. Всем этим женщина пытается донести, что в данной ситуации может оказаться каждый ребенок, подросток и даже взрослый человек. Ее сыну Роману 30 лет, у него есть дочь. Марина призывает всех матерей, чьи дети осуждены по статье 328, обратить внимание на дела, которые, по словам героини, могут быть сфабрикованы. 

Роману cуд первой инстанции вынес приговор, как и всем остальным участникам, не взирая на то, что он выполнил примечание и у него есть на руках рапорт и справка, что он выдал всё добровольно. Ему всё равно дали 14 лет по четвертой части статьи 328. 

У Романа есть официальный документ от следствия, подтверждающий, что он выполнил примечание, но судья его проигнорировал. В 29 статье уголовно-процессуального кодекса написано, что судья обязан выполнить примечание в любом случае. 

Примечание. Лицо, добровольно сдавшее наркотические средства, психотропные вещества, их прекурсоры или аналоги и активно способствовавшее выявлению или пресечению преступления, связанного с незаконным оборотом этих средств, веществ, изобличению лиц, их совершивших, обнаружению имущества, добытого преступным путем, освобождается от уголовной ответственности за данное преступление. Следует отметить, что данная норма является обязательной для органов следствия и суда, не зависит от их усмотрения и подпадает по п. 11 ч. 1 статьи 29 УПК РБ.

Роману 30 лет, Во время нашего разговора Марина старалась сдерживать слезы и призналась, что без успокоительных уже не может жить.

«Дежурный адвокат нарушила все права своего подзащитного». Рассказ матери

Марина Мацулевич: «26 июля 2017 года моего сына задержали по подозрению в незаконном обороте наркотиков по статье 328. Зная своего сына, зная, как он ответственно относится к тому, что я нервничаю и переживаю, когда он задерживается и когда он не звонит, в ночь с 26 на 27 июля 2017 года, я начала бить тревогу. Около сотни раз набирала ему. В 00:44 он не отвечал, и я позвонила в 102, там уже мне сказали, что сын задержан и находится в Советском РУВД. Когда я туда приехала, мой сын уже всё рассказал. 

Сын искренне сожалел обо всем случившемся и, доверившись оперативникам, признался, что попробовал наркотики, рассказал сотрудникам МВД, где они со знакомым брали наркотики. Они по геолокации, по этой информации нашли девушку, которая осуществила доставку в это место. Девушка тоже рассказала, где брала. Таким образом третья часть статьи перетекла в четвертую. 

На следующее утро пришел дежурный адвокат. Дежурный адвокат часто сотрудничает со следствием. Она сказала, мол, подписывай протокол, ты виновен, а это все формальность. Сын пребывал в шоковом состоянии и не понимал, насколько важно каждое подписанное им слово в протоколе. 

Дежурный адвокат нарушила все права своего подзащитного, потому что в ее присутствии он подписал протокол, в котором содержалась информация, которой он не знал и не говорил. А из каких источников она была взята, неизвестно – и в протоколе не отражено.

Мне на работе пришлось взять займ, чтобы оплатить этого адвоката, хотя по закону адвокат, которого предоставляет государство, должен был два дня работать бесплатно, но дежурный адвокат и эту информацию от меня скрыл. Через два дня, когда я прочла протокол, сразу же расторгла договор с адвокатом. 

Протокол следователь писал так, как ему было удобно: по шаблону. Как часто происходит? Человеку подсовывают протокол, и адвокат ему говорит, чтобы подписывал. В нашем случае адвокат даже не выяснила, что знал Роман, а чего не знал. 

После допроса дежурный адвокат вышла и говорит: «Он, наверное, наговорил лишнего». Это говорит о том, что ей изначально было плевать на задержанного, она не поговорила с ним наедине и не советовала, что стоит говорить, а чего говорить не стоит. Пришлось писать жалобы на дежурного адвоката, но вышестоящии инстанции, городская и республиканские коллегии покрывают действия этого адвоката. 

Я подала иск на признание недействительным договора с дежурным адвокатом, в присутствии которой мой сын подписал лживый протокол. Каленикова Лилия Владимировна не может и не должна зваться адвокатом. Я буду добиваться того, чтобы ее лишили лицензии. 

Я считаю, что все родители должны уже с 12-13 лет сходить со своим ребенком к адвокату. Получить консультацию, как он должен действовать в разных ситуациях, сохранить телефон своего адвоката. Чем раньше мы это начнем делать, тем больше защитим своих детей.

Столкнувшись со следователями, могу сказать, что эти люди не разбираются  ни в бизнес-процессах, ни в психологии людей. Им вдолбили, что все люди, которые попробовали наркотики, это уже пропавшие люди. Они даже не вникают в дела задержанных. Как эти люди могут решать чужие судьбы? 

Как все происходит? Кто отвечает за задержанного? Как формируется дело? Сначала действуют оперативники, в нашем случае они просто совершали дежурство, им что-то показалось подозрительным, они подошли к ребятам и просто спросили, как это часто делают, есть ли при себе что-то запрещенное. 

Если бы ребята сказали, что ничего при себе нет, то оснований их задерживать не было: они были трезвые, в крови ничего не обнаружено, документы при себе были. Но они честно сказали, что есть и сразу отдали всё, что у них было при себе. Оперативники на суде подтвердили, не врали, что встретили случайно, в разработке задержанные не были.

После оперативников идут следователи. Пока задержанный в шоковом состоянии и уже наговорил оперативникам лишнего, его передают следователям. То, что написали оперативники при задержании, отдается следователям, и следователь дописывает так, как ему хочется. 

В протоколе написано: «В свободном рассказе задержанный рассказал, что не знал, что не помнит даже своего номера телефона», а рядом – куча точной информации, название сайта, о котором сын услышал от следователя, где знакомый их брал, он просто не знал. И таких нарушений – тьма.


Такое чувство, что опрашивали нескольких человек и из слов каждого дописывали в протокол моему сыну.

Я буду подавать заявление на следователя в СК о возбуждении уже против следователя уголовного дела. У следователей было четыре дела незнакомых друг другу людей, дела объединили и всех осудили как группировку. Вероятно, чтобы скрыть реальную статистику масштаба трагедии в нашей стране, ситуацию, которую допустило МВД, что любой больной, любой подросток в нашей стране может легко купить наркотик, они объединяют незнакомых между собой людей в группы, могут просто по названию сайта, на котором каждый из них что-то себе купил.

Таким образом могут собрать до 60 «мелких» человек. Хотя они не знают друг друга, не являются производителями, не являются создателями сайтов, они просто перевозят, и их доставки могут отличаться по весу. Дел очень много, люди по-прежнему лезут в интернет, и тому, что пишут, мол, они закрывают сайты, можно просто не верить. Кто хоть немного разбирается в IT, прекрасно понимает, что один сайт закроют, а диллеры откроют десять сайтов настоящих производителей.  

Они боятся принять решение в деле моего сына – он выполнил примечание и уже должен был быть на свободе, но системе важнее не закон соблюсти или до конца разобраться в деле, а посадить как можно больше людей.

Я чувствую себя и своего сына пострадавшими от тех, кто произвел наркотик, привез его в страну, создал такой сайт. Кто за это должен отвечать? Почему МВД не предупредило нас всех, что в стране орудуют мошенники, которые втягивают молодежь в преступную деятельность, что это настолько опасно? Многие не видят и не знают, что происходит, пока их это не коснется лично. Но сейчас уже столько посаженной молодежи на такие сроки. Где профилактика? Ее у нас просто нет. 

С позиции бизнеса это полное недоразумение, когда мешают всех подряд. Просто представьте: есть производитель, у него есть производство, есть фирменные магазины, а есть другие магазины, в которые он тоже поставляет свою продукцию. У производителя может быть собственный транспорт, а может не быть – тогда он нанимает сторонний транспорт для услуг доставки. А еще производитель может отправить свой товар через почту. И по логике следователей производитель, отдельно взятые магазины, перевозчики, курьеры – все это одна организация?

Так вот, большинство молодежи, которая сидит по третьей части, является теми самыми почтовыми курьерами. У них умысла сбыта нет, они даже чаще всего не знают, что везут. Следователи не понимают, что значит наладить сбыт и что по сути является сбытом, а что не является, – их этому просто не обучают. При этом они решают судьбы такого количества людей. Необразованные люди решают наши судьбы. 

Следователи мешают в кучу всех подряд и объявляют одной организацией и неизвестных, неустановленных лиц, которых они никогда не смогут найти, и создателей ресурсов, которых они тоже не могут никогда найти, и курьеров (производители их используют, но они не в бизнесе), которые осуществляют доставку. Сын говорит, что закон сам по себе справедлив, но люди, которые применяют этот закон, делают это некорректно.


«Все пишут: «Надо было воспитывать». А я воспитала очень хорошего сына»

Как все выяснилось, что произошло на самом деле? Собрав денег по родственникам, я наняла местного адвоката из Жодино, когда сына перевели в СИЗО, и через него составила список вопросов, что он вообще знал про наркотики. 

Оказалось, что сын знал 10% из того, что ему написал в протоколе следователь. Мой сын был в депрессии из-за навалившихся проблем в личной жизни и бизнесе. В период черной полосы знакомый предложил Роману расслабиться и попробовать наркотик. Сын не знал, что это за вещество. Потом, когда, как говорится, понравилось, сказал, что можно получать наркотики даром, оказывая услуги доставки. 

Вот сейчас читаешь комментарии под разными интервью матерей, осужденных по этой статье, и там пишут: «Надо было воспитывать». А я воспитала очень хорошего сына. Я воспитала умного, доброго, талантливого человека. Он оказался в такой ситуации, потому что пребывал в тяжелом психологическом положении. 

Когда все случилось, из всех моих знакомых никто не спросил, как Роман оказался там. Даже те, кто знал его хорошо, стали говорить: «Ну что, он не понимал, что это плохо?». Люди просто не понимают, что любой ребенок, любой человек может оказаться в таком депрессивном состоянии, что просто теряет волю, и им можно управлять, как захочется. Он не преступник, он жертва. 

Мой сын участвовал в доставке наркотиков, но не распространял. Распространение – это рекламная деятельность, это дать бесплатно попробовать, сбросить ссылку, сбыт – это продажа, получение прибыли, это разница от покупки товара и его продажи, доставка – это перевозка и хранение. Хранение и перевозка – это первая часть статьи 328 УК РБ, а сбыт – это третья часть. В законе не сказано, что первая часть – это только для собственного потребления.

У нас 80 процентов осужденных за наркотики должны сидеть по первой части, а сидят по третьей.

Этот важный нюанс судебная система, так как там не работают люди из бизнеса, не учитывает. У почтовых курьеров нет умысла на сбыт. Это как курьер принес букет цветов и даже не знал, что внутри находятся наркотики. А курьера у нас сажают за умысел на сбыт.

Сейчас я добиваюсь того, чтобы моего сына освободили от уголовной ответственности, так как он выполнил примечание, и есть рапорт и справка, которые это доказывают. Дежурного адвоката Каленикову лишили лицензии, следователя Кулевского посадили за сфабрикованное дело, прокурора и судью уволили за то, что пропустили дело с нарушениями. Статья Конституции 27 нарушена полностью. А я просто прошу действовать в рамках закона, как этого требует судебная система».



09:08 07/06/2018






‡агрузка...